Когда какие-то десять лет назад мы делали ремонт в квартире в Туле, первым делом конечно нужно было куда-то деть из квартиры вещи. Квартира была небольшая, но трехкомнатная. Вещей в ней было удивительно много.
И я говорю не только о мелких, трогательных сердцу вещах: хранящихся в жестяных коробках наградах закончившейся страны, оборванных на самом интересном месте сберегательных книжках, профсоюзных билетах, продуктовых карточках и полетных талонах. Не только о семи маленьких фарфоровых слониках и чашечках из китайского сервиза. Были и крупные вещи: рулоны ковров и обоев, километры полметровых отрезов, тонны книг толстых и тонких, три-четыре телевизора, механические и электронные приборы секретного назначения, и миллионы прочего дефицита, не говоря о мебели. Все это надо было куда-то деть.
Выбрасывать вещи никогда не было традицией нашей семьи. Историю про четыре телевизора я пока не готов рассказать публично, но в общем большая часть мебели переехала в другую тульскую квартиру, и теперь там есть шкаф попасть в который можно только через другой шкаф. Но и меньшая часть была не так мала, как хотелось бы. Тогда в бой пошло секретное оружие — "вынести помойку, бомжи заберут".
Когда-нибудь, когда за занятия математикой в этом мире уже совсем перестанут платить деньги, но еще не начнут вешать на столбах, я сяду писать метафизический трактат "о магии слов" (вот и название уже заготовил). Выбрасывать вещи в нашей семье табу. "Вынести на помойку" просто так тоже не проканало бы. Но в сочетании с "бомжи заберут", да при должном стечении обстоятельств — как пробку с бутылки сорвало. В кратком сиянии этого мига на помойку бомжам вынесли не только десять черных мешков и два с половиной белых кресла, но даже пакет тульских пряников, который за полчаса до этого купили для московских друзей — бомжи забрали и пакет, и даже вроде бы ничуть тому не удивились. Но радости моей даже это убавить не могло.
От ремонта, который мы делаем сейчас, тоже остается кое-что ненужное. Тут нет помоек, зато есть ебей, и мы адаптируемся к окружающей культуре. Сначала отдали большую железную плиту с "блинами", забесплатно. Потом немножко осмелели и продали раковину с краном и шлангами, выручив четыре пинты гиннеса. Затем с молотка ушли пятнадцать деревянных ручек от кухонных шкафов, все вместе за полпинты. А через два дня нас покидает деревянная дверь (76 см), и я бы с удовольствием подниму пинту-другую на ход ноги.
Никому палета, кстати, не нужна?
И я говорю не только о мелких, трогательных сердцу вещах: хранящихся в жестяных коробках наградах закончившейся страны, оборванных на самом интересном месте сберегательных книжках, профсоюзных билетах, продуктовых карточках и полетных талонах. Не только о семи маленьких фарфоровых слониках и чашечках из китайского сервиза. Были и крупные вещи: рулоны ковров и обоев, километры полметровых отрезов, тонны книг толстых и тонких, три-четыре телевизора, механические и электронные приборы секретного назначения, и миллионы прочего дефицита, не говоря о мебели. Все это надо было куда-то деть.
Выбрасывать вещи никогда не было традицией нашей семьи. Историю про четыре телевизора я пока не готов рассказать публично, но в общем большая часть мебели переехала в другую тульскую квартиру, и теперь там есть шкаф попасть в который можно только через другой шкаф. Но и меньшая часть была не так мала, как хотелось бы. Тогда в бой пошло секретное оружие — "вынести помойку, бомжи заберут".
Когда-нибудь, когда за занятия математикой в этом мире уже совсем перестанут платить деньги, но еще не начнут вешать на столбах, я сяду писать метафизический трактат "о магии слов" (вот и название уже заготовил). Выбрасывать вещи в нашей семье табу. "Вынести на помойку" просто так тоже не проканало бы. Но в сочетании с "бомжи заберут", да при должном стечении обстоятельств — как пробку с бутылки сорвало. В кратком сиянии этого мига на помойку бомжам вынесли не только десять черных мешков и два с половиной белых кресла, но даже пакет тульских пряников, который за полчаса до этого купили для московских друзей — бомжи забрали и пакет, и даже вроде бы ничуть тому не удивились. Но радости моей даже это убавить не могло.
От ремонта, который мы делаем сейчас, тоже остается кое-что ненужное. Тут нет помоек, зато есть ебей, и мы адаптируемся к окружающей культуре. Сначала отдали большую железную плиту с "блинами", забесплатно. Потом немножко осмелели и продали раковину с краном и шлангами, выручив четыре пинты гиннеса. Затем с молотка ушли пятнадцать деревянных ручек от кухонных шкафов, все вместе за полпинты. А через два дня нас покидает деревянная дверь (76 см), и я бы с удовольствием подниму пинту-другую на ход ноги.
Никому палета, кстати, не нужна?
(no subject)
Date: 9 Oct 2016 03:08 am (UTC)У меня уже полгода никто не покупает хорошую фондюшницу и соковыжималку. Ну и икейские кресла просто так выкинули.
(no subject)
Date: 9 Oct 2016 07:18 am (UTC)У нас в крайнем случае можно отдать мебель в charity. А у вас?
(no subject)
Date: 9 Oct 2016 04:12 pm (UTC)У меня появилась болезнь наоборот. Я раньше тоже была фея домашнего очага, ничего не выкидывала, заботливо подштопывала, подмазывала, переделывала, лишь бы подольше сохранилось.
А теперь ни секунды не колеблюсь - все в помойку. Женщина-ураган, никакого периода полураспада, никаких промежуточных состояний.
(no subject)
Date: 9 Oct 2016 10:31 am (UTC)(no subject)
Date: 9 Oct 2016 10:34 am (UTC)(no subject)
Date: 9 Oct 2016 04:13 pm (UTC)(no subject)
Date: 10 Oct 2016 01:43 pm (UTC)(no subject)
Date: 10 Oct 2016 03:46 pm (UTC)(no subject)
Date: 10 Oct 2016 01:47 pm (UTC)(no subject)
Date: 10 Oct 2016 03:47 pm (UTC)(no subject)
Date: 10 Oct 2016 08:40 pm (UTC)Про "магию слова" и прочие лингвистические казусы - оно и правда хорошо работает, если хоть немного умеючи. Всякие "продающие тексты" именно с этого поля ягода.
А вообще, удачного ремонта!
(no subject)
Date: 10 Oct 2016 08:58 pm (UTC)P. S.
Date: 11 Oct 2016 01:13 pm (UTC)Re: P. S.
Date: 11 Oct 2016 01:34 pm (UTC)RE: Re: P. S.
Date: 11 Oct 2016 01:58 pm (UTC)